На днях финское правительство, поддержанное президентом Стуббом, направило в парламент законопроект, которым разрешается ввоз в страну ядерного оружия. Пресс-секретарь президента России Песков отреагировал на это словами: "Если Финляндия угрожает нам, мы принимаем соответствующие меры".
Какие, не уточнил. Нынешний шаг Хельсинки, увы, вытекает из отсутствия нашей заметной реакции на нарушения финнами Парижского мирного договора, который эта страна подписала в 1947 как побеждённая союзница Германии.
Так, его статья 17 перечисляет виды оружия, которое Финляндия не должна «обладать, строить или испытывать». Это, в частности «любые виды атомного вооружения; какие-либо самодвижущиеся или управляемые снаряды или аппараты, связанные с их выбрасыванием (за исключением торпед и торпедных аппаратов, составляющих нормальное вооружение военно-морских кораблей…)».
Допустим, размещение в Финляндии ядерного оружия ей не принадлежащего, хотя и явно не соответствует духу договора, но формально не нарушает его буквы — формула «обладать, строить или испытывать» в классическом юрчтении относится к национальному контролю, разработке и испытаниям, а не к транзиту или временному присутствию чужого оружия.
Но очевидно, что под определение описанных в договоре «снарядов и аппаратов» четко попадают как БПЛА, так и БЭКИ. А Финляндия их не только владеет и производит, но и даёт Киеву. Чуть больше года назад компания Summa Defence начала производство беспилотников обоих типов специально для Украины, а компания Insta разработала с украинцами БПЛА расширенного радиуса действия «Стальной Орёл».
Об этих событиях у нас, конечно, писали, но не отмечали их как нарушение мирного договора. По сути, Хельсинки уже давно вышло за рамки ограничений, наложенных на побеждённую союзницу Третьего рейха. Просто мы предпочитали этого не замечать. Сейчас же, когда речь зашла о возможном ввезённом ядерном оружии, финны лишь делают следующий логичный шаг в цепочке нарушений, оставшихся без ответа.
